31.01.2026
Великое испытание выпало на долю советского народа в годы Великой Отечественной войны. Одним из важнейших событий стала эвакуация промышленных объектов и научных учреждений с территории Ленинградской области на восток страны, в частности на Урал, так как они играли огромную роль в обеспечении нужд Красной Армии и обороноспособности государства.
Перестройка жизни и работы Магнитной обсерватории «Высокая Дубрава» за годы войны стала важной страницей в истории отечественной науки. Посёлок Верхнее Дуброво принял на себя значительную нагрузку по размещению эвакуируемых учреждений. Сюда были эвакуированы специалисты Главной геофизической обсерватории (ГГО), находившейся ранее в Ленинграде, и сотрудники Института земного магнетизма, расположенного в Павловске.
Ветеран труда Уралгидромета Валентина Петровна Овчинникова вспоминает, что люди испытывали крайнюю нужду, голодали, были одеты в то, что смогли вывезти с собой. Коллектив обсерватории поддерживал друг друга в самые тяжкие дни. Несмотря на собственные лишения, мы помогали вновь прибывшим специалистам, устраивали их на работу и давали кров. Совместными усилиями строились деревянные жилища, организовывалось хозяйственное обеспечение. Один приём горячей пищи в столовой становился спасительным ресурсом питания. Каждый работник получал минимально необходимое количество хлеба, но даже это помогало выжить.
Нина Николаевна, дочь Николая Николаевича Калитина, доктор искусствоведения, почётный профессор Санкт-Петербургского государственного университета и заслуженный деятель науки Российской Федерации вспоминает о своей жизни в «Высокой Дубраве» с теплотой и пишет: «обсерватория «Высокая Дубрава» представляла собой идеальное место для восстановления душевных сил отца и здоровья мамы. Нам предоставили комнату на втором этаже бревенчатого дома, потеснив живущую там семью Лилеевых. Окно комнаты выходило прямо в лес, а неподалёку от дома, за колодцем, размещались служебные постройки и метеоплощадка. Поначалу мне казалось, что косулинская, по сути нелёгкая полоса нашей жизни канет в лету и уйдёт в прошлое. Однако этого не произошло. В душе прочно укоренилось чувство благодарности Уралу, который вернул нас к жизни».
Эвакуация этих научных учреждений не только обеспечила сохранность уникального оборудования и ценных исследований, но и создала новые условия для научной работы. Условия жизни в «Высокой Дубраве» были далеки от привычных. Сотрудники обсерватории столкнулись с нехваткой ресурсов, постоянными трудностями в обеспечении необходимыми материалами и инструментами. Несмотря на все трудности, научные специалисты с уникальным опытом и глубокими знаниями осознали важность своих исследований для страны в условиях войны.
Среди выдающихся учёных, прошедших через этот период, были Николай Николаевич Калитин — основатель актинометрии в Советском Союзе, создатель методики контроля качества измерений Дмитрий Филиппович Нездюров, специалист по прозрачности атмосферы Владимир Александрович Берёзкин, аэролог Евгения Семёновна Селезнёва, известные геофизики Николай Васильевич Пушков и Юрий Яковлевич Лещинский, талантливые исследователи Любовь Фёдоровна Щербакова, Александр Дмитриевич Заторский, Мария Васильевна Гущина, Василий Пантелеймонович Пастух, Иван Якимович Кобелев и Василий Дмитриевич Третьяков.
30 марта 1942 года был издан «Приказ №1 по Научно-исследовательскому институту земного магнетизма ГУГМС КА» о формировании нового Института земного магнетизма, состоящего из семи отделов и восьми отделений, на базе подразделений, прибывших из Ленинграда. Руководителем Института назначили Н.В. Пушкова.
До прибытия ленинградцев территория «Высокой Дубравы» представляла собой лишь небольшую магнитно-метеорологическую обсерваторию с ограниченным количеством сотрудников и крайне скромными служебными и жилыми помещениями. Однако благодаря усилиям руководства Института строительные работы удалось начать уже в первые месяцы 1943 года. Для реализации проекта привлекли небольшой отряд строителей из Уральского военного округа, сумевших за относительно короткое время возвести целый комплекс зданий по типовым проектам. Были построены два двухэтажных жилых дома, специальное сооружение для ионосферной станции, отдельное здание для компараторного пункта, предназначенного для измерения напряженности электромагнитного поля радиоаппаратуры, а также собственная дизельная электростанция. Для полноценного запуска ионосферной станции требовалось обеспечить посёлок линиями электропередач высокого напряжения. Радиотехник И.П. Пуолокайнен, вспоминая события тех лет, подчёркивал, что сотрудникам Института земного магнетизма приходилось отправляться зимой в суровые условия леса. Эти специалисты, пережившие тяготы ленинградской блокады и всё ещё восстанавливающие силы, мужественно трудились над заготовкой древесины и монтажом опор линий электропередачи, несмотря на трудности восстановления здоровья и экстремальные погодные условия.
В 1943 году Н.В. Пушков подготовил масштабный план научных исследований, охватывающий девять важнейших для того времени направлений. Его инициатива была направлена на решение ряда фундаментальных проблем, включая исследование связи между солнечными и геомагнитными явлениями, разработку методов расчета наиболее эффективных рабочих частот радиосвязи в условиях нестабильности магнитно-ионосферной среды, совершенствование картографического дела и детальное изучение долговременных колебаний магнитных характеристик нашей планеты.
В суровых условиях Урала в «Высокой Дубраве» были организованы солнечные наблюдения и исследования по солнечно-земным связям. К 1942 году солнечные наблюдения проводились регулярно только в Ташкенте, и на сотрудников нашей обсерватории были возложены работы по обеспечению армии и флота долгосрочными и краткосрочными прогнозами условий радиосвязи и навигации. В них нуждались армейские связисты, авиация, флот, партизаны и т. д. Армия наша до войны пользовалась почти исключительно проводной связью. В условиях частых перемещений воинских частей неразвитость радиосвязи оказалась одной из причин потери сообщения и в результате частые поражения. По инициативе Н.В. Пушкова и С.К. Всехсвятского в 1943 году был построен специальный павильон, собран горизонтальный солнечный телескоп, вывезенный из Киева, и с августа начались регулярные наблюдения Солнца.
В эвакуации одной из первых задач было составление карты магнитного склонения по трассе перелёта самолётов. В дальнейшем составление подобных карт для обеспечения военных действий стало одной из основных работ Института. Как вспоминает одна из исполнителей этой первой карты, инженер-картограф А.П. Шляхтина, буквально за рабочим столом, за спиной составителей, стоял представитель Военного ведомства и ждал, когда карты будут закончены, и по завершении работы забрал рулон карт и уехал. Работа над картами длилась несколько дней, работали и в вечерние часы при керосиновом освещении или даже при коптилках. Работа была очень срочной.
В 1943 году советское правительство поддержало инициативу Института по созданию в стране постоянно действующей ионосферной службы, возложив на него ответственность за организацию этой работы. Благодаря сотрудничеству с известным заводом тяжёлого машиностроения Урала («Уралмаш»), Институт смог восстановить оборудование ионосферной станции, поврежденное в ходе эвакуации, и приступил к регулярным наблюдениям состояния ионосферы. Вскоре началось активное взаимодействие с аналогичными службами стран-союзников — США, Великобритании, Канады и Австралии. Обмен информацией позволил Институту составлять точные долгосрочные прогнозы распространения коротких радиоволн, необходимые как военным структурам, так и гражданским службам связи.
В течение 1943-1944 годов учёные вели интенсивные исследования по изучению исторического изменения магнитных характеристик земной поверхности на территории Советского Союза. Это стало важным этапом подготовки новых версий карт земного магнитного поля, необходимых для последующих эпох. Специалисты изучали закономерности возникновения магнитных бурь, проводили глубокий анализ солнечной активности, выраженной в формировании пятен на Солнце, и исследовали влияние солнечных процессов на динамику магнитного поля Земли.
Особое внимание в этот период уделялось повышению профессионального уровня сотрудников всех уровней. Это было обусловлено спецификой кадрового состава предприятия: большинство технических специалистов составляли молодые кадры, недавно привлечённые из близлежащих населённых пунктов, которым требовалось освоить технологии и методики работы.
Сотрудники Института вынуждены были совмещать свою основную деятельность с сельскохозяйственными работами и ведением подсобного хозяйства. Стоит отметить, что коренные жители Ленинграда традиционно не сталкивались с необходимостью вести сельское хозяйство или заниматься огородничеством. Они не обладали ни соответствующими знаниями, ни практическими навыками в этой сфере. Многие даже не подозревали, что для получения достойного урожая картофеля нужно его своевременно окучивать. Им выделяли дополнительное время для сбора урожая с личных участков, корректировали график рабочего времени в зависимости от сезонных сельскохозяйственных нужд.
В 1944 году Институт обеспечивал услуги магнитной картографии для 27 организаций, разбросанных по всей огромной территории Советского Союза — от западных рубежей до восточных окраин Владивостока, от северных областей вблизи Мурманска до южных регионов, вплоть до Узбекистана. Аналогичным образом осуществлялась доставка радиопрогнозов, которые в конце 1944 года направлялись уже в полсотни разных учреждений. Аналитической информацией о состоянии магнитного поля и особенностях ионосферы регулярно пользовались около двух десятков крупных исследовательских центров и ведомств.
Военные годы ознаменовались значительным ростом интереса к магнитометрическим измерениям внутри водоёмов СССР, обеспечивавших безопасность навигации и обороны страны. Несмотря на тяжелые испытания, наука не стояла на месте, и сотрудничество Института с иностранными коллегами продолжалось даже в военное время. Установились тесные рабочие контакты с ведущими специалистами зарубежных государств, среди которых особо выделялись британские ученые Сидней Чепмен и Джеймс Флеминг, а также американский исследователь Джон Делинджер. Их поддержка оказала значительное влияние на развитие советской науки в области изучения ионосферы и магнитного поля Земли.
Вернувшись в мирную жизнь осенью 1945 года, эвакуированные сотрудники, внёсшие значительный вклад в дело Победы, привезли в Ленинград богатый опыт работы в экстремальных обстоятельствах.
Великая Отечественная война стала серьёзнейшим испытанием не только для каждого гражданина Советского Союза, но и для научного сообщества. Эвакуация научных учреждений, сохранение уникальных приборов и результатов многолетних исследований потребовали колоссальной самоотверженности и героизма исследователей. Научные подвиги, совершённые в годы войны, стали основой дальнейшего развития отечественных технологий в послевоенное время. Однако главное достижение той поры заключалось не столько в конкретных результатах, сколько в моральной устойчивости и преданности делу учёных и инженеров, проявивших высокие образцы патриотизма и профессионализма.
Автор: Каматова Олеся Альбертовна, директор МКУ «Библиотека городского округа Верхнее Дуброво», п. Верхнее Дуброво, Свердловская область.
