31.01.2026
В 1940 году, когда на месте Заречного и Белоярской атомной электростанции им. И. В. Курчатова еще шумел дремучий лес, в районе железнодорожной станции Муранитная появились строители. Сначала рабочие возвели новую железнодорожную насыпь, вырыли в лесу землянки, чтобы жить. Позже, в начале 1941 года, на осваиваемой территории появились 2 военные казармы, железнодорожные пути, инженерные сооружения (погрузочно-разгрузочные площадки), бараки и конюшни. А 7 июня 1941 года по приказу высшего командования Народного комиссариата обороны СССР на этом месте официально была организована 587-я секретная военная база Белоярского района.
22 июня грянула Великая Отечественная война. Базу спешно, но организованно укомплектовали личным составом, в срочном порядке оборудовали территорию технического обслуживания, построили необходимые объекты для охраны. В это же время база начала выполнять свою главную задачу: прием и отправку боеприпасов.
В конце июля – начале августа 1941 года на территорию гарнизона непрерывным потоком стали прибывать эшелоны (по 360–500 вагонов в сутки) с эвакуированными боеприпасами из районов, находящихся под угрозой оккупации. Муранитцы должны были их разгружать, рассортировывать боеприпасы по виду и наименованиям, по партиям, обезвреживать и уничтожать опасные авиационные изделия, а затем укомплектовывать и снова отправлять эшелоны на фронт. Несмотря на то, что в то время на территории части не было никакой техники и транспорта, работа должна была идти бесперебойно.
В связи с особенностями своей деятельности военная база всегда была строго засекречена, поэтому о той стороне жизни Муранитки до сих пор практически никто ничего не знает. Жилой городок гарнизона для посторонних людей был закрыт, увольнений у солдат и сержантов не было, их семьи в часть не допускались. Офицеры выезжали только в командировки, естественно, каждый человек давал подписку о неразглашении.
Охранялась 587-я секретная база тщательнейшим образом и во время, и после войны. По всему 8-километровому периметру она была обтянута двумя рядами колючей проволоки. На проволоке установили сигнализацию, которая срабатывала, даже если ее задел заяц. Каждые полчаса вдоль забора шел патруль со специально обученными караульными собаками. Существовала также маскировка, чтобы часть невозможно было увидеть с воздуха.
На фото: Владыкина Мария Ивановна с мужем Петром Васильевичем. Службу в вч Муранитная начали с 1941 года
Многое осталось за завесой секретности, и приподнять ее могут только те немногие оставшиеся в живых ветераны трудового фронта, работавшие в гарнизоне «Муранитный» в годы войны. Одна из них – Мария Ивановна Владыкина, которая служила вместе с супругом в воинской части с декабря 1941 года:
«Первым командиром военной базы № 587 Белоярского района был М. Г. Иванов, комиссаром – П. М. Рязанов, главным инженером – Н. И. Орлов. На нашей территории были организованы отделы обеспечения и комплектации, склады и хранилища для боеприпасов, военная комендатура, медсанчасть, штаб, техническая рота и рота охраны. Но при той масштабной и оперативной работе с многочисленным принимаемым и отправляемым имуществом, которую мы выполняли, личного состава военнослужащих едва хватало.
Техники не было, в основном только гужевой транспорт – подводы с лошадьми. Так что погрузку в вагоны производили вручную по деревянным вагам, по катам, отправляли, таким образом, по 5–7 эшелонов в сутки. Кроме того, была организована грамотная охрана объекта, хранение и техническое обслуживание боеприпасов. Это был адский, но такой нужный для победы труд…»[1].
На фото: Иванов Михаил Гаврилович. Полковник, первый командир секретной военной базы № 587 Белоярского района
В годы Великой Отечественной войны перед 587-й секретной военной базой Белоярского района была поставлена сложнейшая задача: бесперебойно обеспечивать авиационные подразделения Советской армии средствами уничтожения и разгрома врага. И наши земляки выполняли это задание Родины самоотверженно и честно.
С самого начала войны люди, работавшие и служившие на территории гарнизона «Муранитный», встречали, разгружали, укомплектовывали, а затем отправляли эшелоны с боеприпасами на фронт. Выполнять данный приказ высшего командования Народного комиссариата обороны СССР было непросто.
При эвакуации боеприпасы зачастую грузили под бомбежкой, в спешке, навалом, как могли, – лишь бы скорее отправить. Поэтому в одном вагоне зачастую лежали разные авиационные боеприпасы: осколочные, зажигательные, светящиеся... Бывало, что в том же вагоне по полу были рассыпаны взрыватели, патроны, гранаты и прочее. Выгружать такие вагоны было очень опасно.
А когда наступали осень и зима, полувагоны и платформы эшелонов поливало дождем, засыпало снегом, а затем сковывало морозом. Рассыпанные боеприпасы вмерзали в снег. В таких случаях солдатам приходилось работать с величайшей осторожностью: медленно, с соблюдением всех необходимых мер безопасности, причем в лесу, на лютом морозе (за 12 часов смены портянки примерзали к подошвам ног). Но разводить огонь, греться и курить в этой «взрывоопасной» части было нельзя – из-за найденного у человека коробка спичек его могли отдать под трибунал.
На фото: Миронов Иван Иванович. С 1941 г. воентехник 2 ранга. С 1945 г. начальник подразделения по разработке, обезвреживанию и ремонту боеприпасов. С 1953 по 1963 гг. зам. командира части по производству
«Малейшее невыполнение инструктивных требований могло привести к непоправимому, – писал в своих воспоминаниях ветеран Великой Отечественной войны, подполковник в отставке И. И. Миронов. – И мы относились к этому со всей серьезностью – выполняли инструктажи и работали с большой аккуратностью и точностью. Люди поняли опасность на практике. Появилось какое-то внутреннее чувство отваги и доверия друг к другу, особенно к нам, молодым специалистам, хорошо знающим вооружение и боеприпасы Советской армии».
Война явилась бедой не только для всей страны, но и для каждого человека в отдельности. Солдаты переживали за своих близких, оставшихся на оккупированных территориях, и мечтали разгромить врага как можно быстрее. И ради победы люди работали до изнеможения, выбиваясь из сил на погрузке эшелонов на фронт, на выгрузке, рассортировке и обезвреживании боеприпасов.
«Однажды зимой 1942–1943 года, когда стало уже темно, мы грузили последний эшелон (490 вагонов) для Брянского фронта, – вспоминает И. И. Миронов. – Люди до предела устали, проработав на морозе свыше 12 часов. Но тут приехал к нам на погрузку командир части М. Г. Иванов, привез телеграмму, по которой срочно надо было отправить еще 70 вагонов мелких бомб, взрывателей и “катюш” Брянскому фронту.
Это было тяжело, но люди приступили к погрузке. В одном из вагонов я увидел, что солдат Халезин совсем обессилел – поднять ящик с “катюшами” не может. Тогда я сказал сержанту, чтоб бойца убрали из вагона и посадили отдохнуть, а позже я заберу его в казарму.
Услышав наш разговор, Халезин попросил: “Не отправляй меня, лейтенант, у меня на этом фронте два сына и дочь, я с тобой в казарму не пойду”. Позже, когда я проверил погруженные вагоны с документами и заехал за Халезиным, узнал, что он умер прямо на ящиках со снарядами...
Мучила не только изнурительная и опасная работа, но и дистрофия. Ведь суточная норма продуктовой пайки у солдат была 600, потом 800 граммов хлеба, миска супа, каша и чай – при такой нагрузке этого людям не хватало. Однажды в феврале 1943-го я нес документы, которые нужно было срочно сдать в штаб. Помню, как переходил железнодорожные ветки, а дальше – пустота... Очнулся в медсанчасти. Оказалось, что когда надо было отправлять состав, не могли найти документы. Бросились меня искать и нашли совершенно случайно – лошадь командира части испугалась, увидев на дороге занесенного снегом человека...»
В связи со спецификой службы (авиационные изделия требовали грамотного обслуживания) офицерский состав постоянно проводил огневую, политическую и строевую подготовку. Так что «Муранитка» была еще и кузницей военных специалистов и кадров для действующих полков вооруженных сил страны – многие сопровождали эшелоны с боеприпасами на фронт и оставались там воевать.
Обо всех этих людях, таких как командир части М. Г. Иванов, лейтенант М. М. Миронов, солдат Халезин, мобилизованные пожилые рабочие, отдавшие Великой Отечественной войне силы, здоровье и жизнь, к сожалению, практически никто не помнит и не знает. А ведь во многом благодаря именно им мы смогли выстоять и победить в этой тяжелой войне...[2]
В годы Великой Отечественной войны вопреки тяжелейшим условиям труда наши земляки, работавшие и служившие в 587-й секретной военной базе Белоярского района, самоотверженно выполняли приказ высшего командования Народного комиссариата обороны СССР. А после Победы гарнизон «Муранитный» приступил к выполнению второго государственного задания.
С мая 1945 года до осени 1953 года по секретному Постановлению Совета Министров СССР военная часть приводила в порядок, ремонтировала боеприпасы, оставшиеся после войны. Также в гарнизоне «Муранитный» и до, и после 1953 года в больших количествах уничтожались взрыватели от боеприпасов, проводились экспериментальные работы по раскапыванию и выжиганию или выпариванию взрывчатки из больших авиабомб. Обезвреживали и химические авиабомбы, как действующие, так и списанные.
В то время начальник по разборке, обезвреживанию и ремонту боеприпасов И. И. Миронов даже сконструировал специальный станок для самоуничтожения взрывателей, за что позже был награжден Государственным комитетом обороны СССР именными часами и денежной премией. Производство этих работ требовало немалых усилий и былосвязано с риском для жизни и здоровья. О том, как это было, вспоминает ветеран труда, в прошлом техник отдела хранения гарнизона «Муранитный», прапорщик в отставке (служил с 1946 по 1974 гг.) Е. Ф. Сергеев:
«За уничтожение списанных химических боеприпасов отвечал майор Н. А. Оболонков. Повидали мы их разных огромное количество. Часть боеприпасов обезвреживалась путем отвертывания пробок, выливания и сжигания иприта, другие путем прострела и растворения в воде синильной кислоты и фосгена. Крупнокалиберные боеприпасы раскалывались пополам, взрывчатка из них выжигалась, корпуса сдавались на металлолом. Каждый вид взрывателей обезвреживался по-разному, и каждая операция проходила в несколько приемов. Причем в нашей стране тогда этому опасному делу людей никто не обучал – доходили наши Кулибины до всего сами.
За время работы всякое случалось, в том числе и несчастные случаи. Как-то работали со смесью пороха с алюминиевой пудрой. Для полного обезвреживания порох отсеивали, а пудру отвозили на телеге и высыпали в водоем. Как-то по пути часть пудры, по всей видимости, нечаянно, попала в колесо повозки, и из-за трения возникла искра. Взрыв был такой страшной силы, что взрывной волной повалило лес. Все, кто был в той телеге, погибли… Такая была у нас служба».
Учитывая важность государственного задания, поставленного перед частью, гарнизон уделял огромное внимание подготовке квалифицированных кадров и обучению безопасности. Офицеры постоянно проводили с личным составом части занятия по специальной, огневой, тактической и физической подготовке. И эти труды не были потрачены зря. Многие военные, воспитанные на «Муранитке», в дальнейшем служили в наших действующих полках на Кубе, в Африке, во Вьетнаме, 10 человек воевали в Афганистане.
Несколько офицеров: старший прапорщик Ф. Казимиров, старший прапорщик И. Рыбалкин и старший прапорщик М. Рыбалкина (Пермякова) – более 5 лет отслужили в поисково-спасательной службе космонавтов.
Славные боевые традиции части продолжали офицеры, которые работали в местных подразделениях МВД и противопожарной службе. Начинал свою трудовую деятельность и службу в гарнизоне «Муранитный» и бывший глава муниципального образования «Город Заречный» Ю. Н. Олексин.
Несмотря на все трудности несения службы, офицеры, члены их семей, сержанты и простые солдаты (в послевоенные годы часть насчитывала около 600 человек) жили всегда очень дружно, практически одной семьей. Помогали друг другу косить сено, сажать картошку, содержать в чистоте территорию и здания гарнизона. Все общественные, спортивные мероприятия и праздники всегда проводили вместе.
На фото: Иванова Евгения Фёдоровна. Фельдшер, старший сержант
«Мы будто жили в маленьком государстве, – вспоминает дни своей службы в гарнизоне с 1956 по 2005 год сноха первого командира части М. Г. Иванова, фельдшер военной части № 21221 и старший сержант Е. Ф. Иванова. – Помимо многочисленных инженерных и технических сооружений у нас были своя начальная школа, детский сад, библиотека, клуб, санитарная часть, столовая, пекарня. По вечерам в клубе часто проходили танцы, играл свой образцовый духовой оркестр. Был у нас и заслуженный женский хор, который приглашали выступать на областные и районные концерты. Однажды наши женщины даже пели для самого маршала Советского Союза Г. К. Жукова.
Нигде не встречала я такой поддержки и взаимопомощи, которую офицерский состав и командование части оказывали и своим солдатам, и гражданским. Командир части был для нас всех и отцом, и другом, и наставником, и судьей. Для меня большое счастье, что я прожила жизнь и проработала в таком сплоченном, замечательном и душевном коллективе» [3].
В 2026 году исполняется 85 лет со дня образования 587-й секретной военной базы Белоярского района. Строительство поселка близ железнодорожного разъезда Муранитный было начато еще в 1939 году, а в 1941-м, накануне войны, там базировалась войсковая часть, задача которой состояла в охране поступающих с заводов авиационных боеприпасов и обеспечении ими фронтовых частей.
Сейчас трудно представить, но коллектив части в несколько десятков человек в годы войны каждые сутки принимал и отправлял на фронт более 60 вагонов авиационных боеприпасов. Военнослужащие и гражданский персонал части обеспечивали боевые действия сотен истребительных и бомбардировочных авиаполков действующей армии.
И по окончании войны городок долгое время был достаточно закрытой и полностью автономной территорией чисто военного предназначения. Основной его «достопримечательностью» стали огромные склады, где хранились авиационные боеприпасы. Однако близость взрывоопасного объекта к Белоярской атомной электростанции им. И. В. Курчатова послужила причиной того, что в 90-е годы XX века было решено передислоцировать воинскую часть в Башкирию. Постепенно военный город с населением более 200 человек включили в состав Заречного [8].
Автор: Кузнецова Татьяна Владимировна, ведущий библиограф, МБУ муниципального округа Заречный "Централизованная библиотечная система", г. Заречный, Свердловская область
