02.02.2019
Индустриализация страны не могла обойти стороной и Верхнюю Салду. К Северу от металлургического завода началось большое строительство. Здесь должен был быть построен завод «Стальконструкция», или, как его еще называли, «Стальмост». В Свердловской области по количеству средств, выделенных на строительство, оно шло сразу вслед за Уралмашем и Уралвагонзаводом. Таких масштабов Верхняя Салда, конечно, никогда не знала.
В 1936 году предприятие заработало. Оно выпускало мосты и краны всех видов, радиомачты, металлоконструкции для металлургических цехов и даже для московского метрополитена…
К концу 30-х годов 20 века поселок Верхняя Салда насчитывал 14000 жителей, и в 1938 году ему был присвоен статус города. Нет сомнения, что не последнюю роль при этом сыграл факт существования здесь крупного завода.
Война 1941 -1945 годов сменила весь ритм жизни. «Стальконструкция» освободила свою территорию для эвакуированного из Подмосковья, со станции Сетунь, завода Наркомавиапрома №95. Это был завод, имевший уже свою славную историю. Первенец отечественной металлургии легких сплавов, он снабжал полуфабрикатами из алюминиевых и магниевых сплавов все самолетостроение страны! В Верхнюю Салду прибыли 1197 вагонов демонтированного оборудования, приехали специалисты.
Сюда же, на бывшую площадку завода «Стальмост», прибыло оборудование с Кольчугинского завода ОЦМ, ленинградских заводов «Красный выборжец» и имени Ворошилова. Оно явилось основой для создания здесь завода № 519 Наркомцветмета.
Сроки монтажа установлены были жесточайшие. По нормам мирного времени, чтобы восстановить такое производство, необходимо было три года. В условиях военного времени завод № 95 начал выдавать продукцию в прежнем ритме всего через полгода после переезда на новое место. Это стоило нечеловеческого напряжения. В мае 1942 года впервые выдали столько же продукции, сколько выпускали на подмосковной площадке. Лопасти самолетных винтов, заготовка для танковых радиаторных труб, штамповки моторных деталей… Сотни наименований! Крайне нужную для фронта латунную и медную ленту для патронов выпускал завод № 519. Много сделали для Победы эти предприятия! (4, С.79) Как же это было?
Мы не в камень вошли – в металл… Мы не в землю легли, а в память. Чтобы кто – то потом сказал : «Мир для нас отвоеван Вами…»
Первые недели войны опровергли все надуманные понятия о неприступности наших границ. И слова из популярной довоенной песни «…нам чужой земли совсем не надо, но своей и пядь не отдадим…» казались какими – то совершенно далекими. Отдавали… Приходилось отдавать – пядь за пядью, город за городом. И вот уже эхо прифронтовой канонады докатилось до Сетуни, а вместе с ним все чаще и настойчивее повторялось слово – эвакуация.
Основная масса жителей Сетуни являлась работниками завода № 95, который был одним из главных поставщиков металлопродукции для авиационной промышленности. Об утрате такого объекта не могло быть и речи.
Война ворвалась в жизнь людей стремительно, ломая и круша судьбы, унося жизни, меняя облик сел, городов, государств… В первые же ее дни, даже вдалеке от истекающей огнем и кровью земли западных границ, война чувствовалась во всем: напряженных взглядах, усилившихся нарядах милиции и отрядов ВОХР, в пристальном внимании прохожих, колоннах красноармейцев с противогазами и неизменными трехлинейками через плечо, в скоплении людей и непривычной суете учреждений, очередях в магазинах… Настроение было – хуже некуда, но люди продолжали работать. Завод, их кормилец и надежда, менял свой облик. В ожидании бомбежек за одну ночь убрали ориентиры – немчиновский пруд и водонапорную башню. Крыши цехов раскрасили в разные цвета, часть покрыли зеленой маскировочной сеткой, на территории воткнули елочки, часть которых была нарисована зеленой краской на фанере, - и завод преобразился в «поселок», стоящий в «лесу». В цехах стало душно от закрытых затемнением окон… В срочном порядке на заводе были созданы аварийно- восстановительная служба и служба светомаскировки. В каждом цехе образованы санитарные дружины. (15, С.50-52)
Начальник охраны завода Г.Я.Фридман вспоминает: «Ранним утром в воскресенье, 22 июня, мне позвонил диспетчер завода и сказал всего два слова: «Пароль №1» - это означало чрезвычайное происшествие. Когда я явился в кабинет директора завода, здесь уже собирался руководящий состав. Директор И.С.Виштынецкий объявил, что, по сообщению дежурного по наркомату, Германия напала на Советский Союз. Во второй половине дня поступило распоряжение начальника противовоздушной и химической обороны наркомата майора Минина – подготовить и прорыть щели с полевой стороны завода на соответствующем расстоянии от периметра, а также блиндажи с ходами сообщения. Было объявлено также о переводе хозяйственных руководителей и руководителей общественных организаций на казарменное положение с круглосуточным пребыванием на заводе. (12, С.23)
На седьмой день войны директор завода № 95 И. С. Виштынецкий подготовил проект докладной записки за подписью наркома авиационной промышленности А.И. Шахурина на имя руководителя государства И. В. Сталина, где анализировал ситуацию, складывающуюся в этой важнейшей отрасли оборонной промышленности. Главной и первоочередной задачей считалось незамедлительное, вне зависимости от того, будут ли гитлеровцы продвигаться в глубь нашей страны или нет, создание завода – дублера на востоке. Еще не шла речь ни о Верхней Салде, ни об Урале, ни о каком бы то ни было другом регионе, где можно было бы разместить такое же по масштабам производство труб, профилей, прутков, поковок, штамповок и другой продукции. Говорилось лишь об острой необходимости и срочности. «В случае выхода из строя только лишь одного цеха завода № 95 вся авиационная промышленность СССР будет парализована» - это слова из докладной записки.
12 июля 1941 года Государственный Комитет Обороны (ГКО) принимает Постановление «О создании заводов – дублеров по деформированным полуфабрикатам и фасонному литью из лёгких и ультра легких сплавов». В числе вновь создаваемых заводов отрасли значился и дублер нашего завода. Были названы место его размещения – город Верхняя Салда Свердловской области – и площадка – завод металлических конструкций «Стальконструкция» (15, С.52-53). Несмотря на важность и особую значимость завода «Стальконструкция», оставшегося, по существу, единственным в стране, его производственные площади были переданы новому заводу «по обработке алюминиевых сплавов», которому присваивается номер «491». Вопрос о его оснащении и обеспечении кадрами являлся решающим. В соответствии с решением правительства завод формировался на основе оборудования разных заводов. Литейный цех – на базе ленинградского завода им. Ворошилова и Ступинского комбината; прокатный – на оборудовании завода №95; трубопрессовый – на оборудовании заводов Наркоматов цветной металлургии, авиационной промышленности и боеприпасов; кузнечно – штамповочный цех – «за счет перераспределения кузнечно – штампового оборудования металлургических, самолетных и моторных заводов НКАП… Так же дело обстояло м с кадрами: бывший завод «Стальконструкция», вскоре получивший назначение в Челябинск, был кровно заинтересован не только в максимальном вывозе оборудования, но и в сохранении работающих. Поэтому возникла необходимость срочно решать проблему обеспечения предприятия строителями и производственными рабочими. (15, С.59)
Директором завода № 491 стал М.П.Семенов (главный инженер завода № 95), главным инженером – С.М. Воронов (главный металлург завода № 95). Строительные работы от завода курировал начальник ОКСа П.П. Молчанов (вследствие директор Куйбышевского металлургического завода). Вот что он рассказывал об эвакуации завода: «нам было предложено немедленно вылететь самолетом наркомата в Верхнюю Салду и на месте подготовить все к приему первых эшелонов с оборудованием и людьми. Четыре часа лету на Ли – 2, и мы с М.П. Семеновым на Среднем Урале, в небольшом городке, где располагался завод металлоконструкций. Директор завода В.П. Пшеничный внимательно прочитал постановление ГКО, предписывающее ему разместить у себя наш завод, и… спокойно заявил, что принять нас не сможет.
- Но вот же постановление ГКО, - возмутились мы, - подписанное И.В.Сталиным!
Пшеничный невозмутимо кивнул головой, потом открыл сейф и вынул еще несколько постановлений ГКО, подписанных К.Е.Ворошиловым, Н.М.Шверником и другими членами Комитета.
- Вот видите, - сказал он, завод из Ленинграда, завод из Кольчугино, еще и еще, и все ко мне. Кстати, вы только в пути, а ленинградцы уже здесь. Оборудование их разгружается, все железнодорожные пути забиты…» (12, С 25)
Так война вносила коррективы в самые, казалось бы, детально проработанные планы. 9 октября 1941 года начались работы по демонтажу оборудования. Старейший работник ВСМПО И.П.Пучков вспоминает: «Демонтаж проходил под руководством начальников цехов, а ими были очень талантливые люди: М.Г.Кащеев, В.Д.Кузнецов, Ф.В.Журавлев, Е.Б. Журавский, М.И.Чекмарев, А.И.Попов и другие. Они сутками не выходили с завода! Эшелоны грузились, несмотря на то, что фашистские самолеты пролетали в 5-10 км от нас. Страшно было, когда мы грузили электрические печи, выглядевшие с воздуха, как танки. Мы покрывали эшелон ельником, особенно, конечно, печи…»
К 5 ноября 1941 г. со старой площадки было отгружено 1197 вагонов с оборудованием, материалами, готовыми изделиями. Эвакуировано большинство работающих и членов их семей. Всего было демонтировано металлургического оборудования общей массой около 20 тысяч тонн. Расходы, связанные с эвакуацией, составили 1115 тысяч рублей. На 1 января 1942 г. на заводе № 95 в Верхней Салде работало 1080 человек, приехавших со старой площадки. Из- за нехватки жилья часть рабочих поселили в Нижней Салде. (3, С.199-200)
Все работы по демонтажу оборудования, его эвакуации, монтажу и скорейшему налаживанию производства в Верхней Салде, а также размещению работников завода, членов их семей, обеспечению их продуктами питания, одеждой, медикаментами возглавлял директор завода И.С.Виштынецкий – прекрасный организатор и талантливый инженер.
В составе третьего эшелона 19 октября 1941 г. эвакуировался Г.Д.Емельянов. «В одну из ночных смен, - рассказывает он, - когда мы работали на демонтаже, ко мне подходят и говорят: «Бросай работу, беги домой – собирай семью. Эшелон уже стоит – грузись – едешь в Салду!» Забираю жену, тещу, дочку; никаких вещей, кроме одежды, связанной в узел, - и поехали. Наш эшелон состоял из платформ с погруженными на них оборудованием и крытых четырехосных вагонов. В них размещалось до 70 человек в каждом. Стояли нары, а посередине – печка – буржуйка, на которой готовили обеды. Дорога была тяжелой, на вагон давался эвакоталон, по которому в пути следования получали паек: чечевицу, горох и хлеб. Но все равно с питанием было трудно, в пути следования меняли кое – какие вещи на еду. Но ехали дружно, старались поддерживать друг друга не только морально, но и продуктами. Ночью 6 октября приехали в Нижний Тагил, а утром поезд привез нас в Верхнюю Салду.
Но не все эшелоны так благополучно достигли цели. По свидетельству И.С.Воеводина, состав, в котором он ехал, подвергся бомбардировке недалеко от Ярославля. Были разбиты 3 последних вагона с оборудованием, выбежавших людей обстреливали с воздуха. Случилось это 5 ноября, а эшелон прибыл, а Салду лишь 30-го.
Оборудование на завод № 95 продолжало поступать вплоть до марта 1942 г.
С последним эшелоном в Верхнюю Салду прибывал И.С.Виштынецкий. Он сразу же включился в работу по скорейшей установке оборудования, налаживанию выпуска продукции для фронта и обеспечению нормальных условий жизни работников завода. (15, С.69)
В ходе организации монтажа далеко не последнюю роль сыграли заводские железнодорожники. Созданный приказом №1 по заводу от 11 ноября 1941 г. железнодорожный цех обеспечивал прием вагонов с оборудованием, подачу их в цех, помощь в разгрузке. Руководил цехом в годы войны В.И.Арзамасцев. (12, С.27-28)
9 ноября 1941 г. когда впервые эшелоны еще только начали прибывать в Верхнюю Салду, ГКО утвердил график пуска завода № 95 и план производства полуфабрикатов на декабрь 1941 – январь 1942г. Обычное для того времени дело: программа давалась исходя из потребностей страны, а не из возможностей завода.
Работы по монтажу велись в сложных условиях: одновременно с прибытием эшелонов из Сетуни производились демонтаж, упаковка и погрузка оборудования завода «Стальконструкция». Сам же монтаж шел недостаточно быстрыми темпами из-за несвоевременного и некомплектного поступления узлов, агрегатов и др. Тем не менее рабочие, инженеры показывали примеры настоящего трудового героизма. Так, стан «Трио» в прокатном цехе бригадами Ходова, Потькалова, Тихонова и Мельникова был смонтирован всего за 13 дней. В трубном цехе монтаж конвейерной электропечи срывался из- за отсутствия фасонного кирпича для ее футеровки. Бригада печников Хирикогли произвела футеровку всей печи из обычного кирпича, благодаря чему была готова для механомонтажная на неделю раньше.
Для восстановления главного цилиндра 3500 – тонного пресса требовалось высверлить 28 срезанных автогеном шпилек, на что было необходимо 7 дней. Мастер Зубарев предложил не высверливать срезанные шпильки, а приварить к ним гайки и с помощью мостового крана шпильки вывернуть. Благодаря этому работа была выполнена тремя рабочими вместо пяти за две ночи. (12, С.30-31)
Работа требовала ото всего предельного напряжения. Питались плохо, работали по 18 – 19 часов в сутки и спали здесь же, в цехах, где придется, где потеплее. Люди казались ходячими тенями от усталости и истощения. Но несмотря ни на что, завод постепенно обретал привычный облик. С чем можно сравнить его рождение? Для людей непосвященных, скорее, с какой – то загадочной головоломкой: завод возникал как бы фрагментально, и эти фрагменты еще предстояло соединить в единое целое. Планы и задания выдавались, исключительно исходя из потребностей фронта. В мае 1942 года завод впервые выдал столько продукции, сколько производил На старой площадке. И в дальнейшем, вплоть до конца 1943 года, когда было изготовлено свыше 36 тыс. тонн полуфабрикатов, выпуск шел по нарастающей. (15, С.75-76).
С 1941 по 1944 год завод является единственным поставщиком полуфабрикатов из алюминиевых и магниевых сплавов в СССР. 16 сентября 1945 года предприятие награждено высшей государственной наградой – Орденом Ленина. (11, С.22)
Практически одновременно с заводом № 95 монтировалось оборудование завода № 519.
В начале августа 1941 года Государственный Комитет Обороны принял решение о создании в Верхней Салде Уральского металлообрабатывающего завода (так первоначально в директивных документах именовался завод № 519). Заводу предписывалось: «…организовать производство прокатно- тянутых изделий из тяжелых цветных сплавов на Верхнесалдинском заводе, бывшем «Стальконструкция». Он должен был состоять из двух основных цехов – литейного и прокатного. Для организации прокатного цеха надлежало использовать демонтируемое прокатное и вспомогательное оборудование заводов им. Ворошилова, «Красный выборжец», «Свобода» (Москва), а также не смонтированное оборудование Кольчугинского завода им. Орджоникидзе. С этих же заводов должны были приехать специалисты и кадровые рабочие. Ввести завод в строй было необходимо строго к 1 февраля 1942 года.
Так в биографии нашего завода появились ленинградские и кольчугинские страницы.
Упомянутые в Постановлении ГКО и приказе наркома цветной металлургии П.Ф. Ломако ленинградские предприятия продолжали работать и в блокадном городе: хотя их эвакуация началась еще в июле 1941 – го, но осуществлена была не полностью. На заводе им .Ворошилова руководили демонтажем главный механик Н.Н. Буловскиц и начальник энергоцеха А.М.Потапов. Работать им, как и всем в то время, приходилось по 12 часов, без выходных. Демонтировали двух клетьевой стан 750, три гидравлических пресса, два листопрокатных стана, трубопрокатный и волочильный станы.
Кальчугинский завод, что располагался во Владимирской области, должен был разместить свое оборудование в Ревде, Орске, Балшахе, Каменске – Уральском, а также в Верхней Салде. Начали кольчугинцы эвакуацию 25 октября, а завершили ее 19 ноября. Всего отправили две с половиной тысячи вагонов с оборудованием и эвакуировали около четырех тысяч работников. И началась эпопея монтажа! Два завода на сравнительно небольшой площади – прибытие, разгрузка, размещение, и это при параллельном демонтаже и погрузке на платформы оборудования «Стальмоста»! Непросто все это было организовать. Случались нестыковки и конфликты.
Как же произошло разделение территории между заводами? Большая часть, примерно 70%, отошли к более крупному заводу №95, занявшему площадку западнее. Завод № 519 разместился восточнее. Его литейный цех располагался в бывшем метизном цехе «Стальмоста» - в «коробке» без водопровода, канализации, отопления, вентиляции и освещения. Прокатному цеху отвели помещение бывшего склада металла, крыша которого нуждалась в серьезном ремонте, так как была повреждена и протекала. И уж совсем не притязательные небольшие и малоприспособленные для работы помещения достались вспомогательным цехам – бывшая шаблонная мастерская и главный магазин. (15, С.73-74)
Проектирование нового завода велось в максимально сжатые сроки, поэтому не удалось избежать и просчетов. Завод начал работать, имея всего 20% выполненных строительных работ, 39% по монтажу оборудования и 3% по жилищному строительству. Его кадровый состав завода в начале 1942г. являл собой пеструю картину: 29% работающих прибыло из Кольчугино и Ленинграда; 32% - стройбат, трудовые резервы, остальные – в порядке собственного найма (в основном домашние хозяйки, подростки 14-17 лет, инвалиды). На завод были направлены выпускники Московского института цветных металлов и золота, не успевшие защитить диплом: В.Г.Лебедев, К.А.Казаков, И.Н.Каганович, М.Р.Есиков, И.Я.Рязанцев и другие.
Молодые рабочие учились у опытных литейщиков К.С.Гусарова, А.И.Титова, Е.И.Сысоева, К.А.Пахомова и других. Быстро осваивали технологию плавки и литья молодые специалисты Ю.Н.Добрушин, И.Н.Каганович, В.Г.Лебедев, М.Р.Есиков. Душой коллектива, организатором работ в литейном цехе был начальник Я.Ф.Шабашов.
Работы на заводе проводились в исключительно сложных условиях, в морозы, достигавшие 40-45 С. Кирками, лопатами, ломами рыли котлованы, сутками не выходили из цехов. Результатом такой работы было, например, то, что головной стан ДУО – 750 был установлен за месяц с небольшим. Сейчас для подобной установки потребовалось бы не менее шести месяцев. (4, С.202-203)
Первая эстакада печей и один кран в литейном цехе завода № 519 были смонтированы в декабре 1941 года, но не было ножниц для резки катодов, циркуляционной системы водооборота и собственного керамического хозяйства. Подовые камни для первых печей изготовляли из мерзлой массы, и такие печи не выдерживали даже пускового периода. Участником первой плавки был П.И.Селицкий. Вот его рассказ: «… к половине декабря в цехе стало меньше земляных работ, связанных с настилкой полов из металлических плит, устанавливались поворотные круги у гнезд плавильных печей, заканчивались монтажные работы на подстанциях печей, велся монтаж электромостового крана… В одну из вечерних смен накануне нового 1942 года мастер К.С.Гусаров, уточнив план действий, дал команду литейщику Семушкину начать литье. Мы молча наблюдали, как медленно стала наклоняться печь и из летки хлынула розово – красная струя металла, начало ее скрылось в воронке, а затем она устремилась в изложницу. Достигнув ее, несколько струек жидкого металла вырвались из щелей изложницы… На пути одной из таких струек оказался сухой стебелек травы. Он, сгорая, извивался из стороны в сторонку. Кто –то из рабочих произнес: «Теперь Гитлеру капут! Он будет так же извиваться под ударами Красной Армии». Руководил цехом Я.Ф.Шабашов. Первую продукцию – круглые слитки (болты) для прокатки на сортовых станах Верхнесалдинского металлургического завода – цех начал выдавать в феврале 1942г.
Трудностей было много. Шихту, например, возили вручную за 200-250 м, неудачно стояли печи «Аякс» и изложницы. Вновь поступившие рабочие учились работать под руководством опытных литейщиков К.С.Гусарова, А.И.Титова, И.Е.Сысоева, К.А.Пахомова и др. Осваивали технологию плавки и литья молодые специалисты Ю.Н.Добрушин (будущий начальник литейного цеха), И.Н.Каганович (будущий главный металлург, доктор технических наук), В.Г.Лебедев (будущий комсорг ЦК ВЛКСМ, доктор технических наук), М.Р.Есиков, а также молодые рабочие Е.С.Рутковский, И.С.Уппоров, И.К.Пухов, Волков и др.
Коллектив литейного цеха завода № 519 в 1942-1944 гг. работал над повышением стойкости печей и изложниц, организацией шихтового хозяйства и т.п. В 1943 – 1944гг. был увеличен вес слитка более чем в 1,5 раза, повысилась производительность труда, улучшилось качество металла. Выходы годного возросли с 74% в 1942г. до 88% в 1944 г. Было освоено производство слитков никеля, ряда специальных бронз и сплавов. Уровень, достигнутый в довоенные годы заводом «Красный выборжец», цех превзошел по всем показателям. Выпуск продукции вырос с 30 т. в сутки в первом квартале 1942 г. до 80-90 т. в конце года. (12, С.31-32).
«Товарищ! Забудь обо всем! У тебя сейчас только одно – Родина!. Чтобы спасти ее, ты должен дать бойцу оружие» «В тылу как на фронте»
Это был боевой девиз всех заводчан в годы войны. Сутками, неделями не уходили они из неотапливаемых цехов, выполняли нормы выработки на 500, 700, 1000 процентов! (16, С.3)
Этот лозунг на этих заводах имел вполне реальный смысл. Он овеществлялся в тысячах самолетов, танков, торпедных катеров, миллионах пуль, снарядов, мин, поражавших врага, приближавших час Великой Победы. До 60% работавших в годы войны на заводах составляла молодежь, подростки. Рядом с опытными кузнецами А.Н.Сотсковым, Е.П.Кулюхиным, К.А.Поликарповым вставали подростки В.И.Евдокимов, И.П.Павлючков и другие.
Так было в каждом цехе, на каждом участке. Родина требовала металл – ребята создавали фронтовые бригады. Требовалось больше металла – и они оставались у печей, молотов и станов еще на одну 12 – часовую смену. (8, С, 9).
О возникновении первой фронтовой бригады в прокатном цехе № 519 сохранилось свидетельство «молнии»: «… 22 марта в нашем цехе на стане ДУО 750 организована первая фронтовая бригада в составе: командир – т.Недотько, политрук – т.Цукерман, бойцы Катушкин, Фомин, Бошарин, Домбачев, Мазепа, Вознесенская, Санников, Костомаров. Желаем бригаде высокоорганизованной работы, четкости и фронтовой напористости в выполнении двух – трех норм в смену!».
Энтузиасты – последователи нашлись и в других цехах. Так, в ремонтно – механическом цехе звание первой фронтовой бригады получил коллектив слесарей – ремонтников, возглавляемый Михаилом Осколковым. Естественно, бригадир работал так, что все могли брать с него пример. (15, С.142-143) Из воспоминаний комсомольца 40-х годов Ю.Минеева: «Успех бригады определяли взаимопомощь, взаимовыручка, коллективизм. Примером трудолюбия был сам бригадир Миша Осколков. Помнится, случай, когда он выполнял срочную работу, делал болты для мостового крана. Резьбу в ту пору вырезали вручную. Миша с утра взялся за дело. Плотно поработал часа два – три, он, уставший, с тусклыми глазами подошел к автору этих строк и навалился на верстак. «Как дела, Миша?» - спрашиваю. Молчит. «Ты чего молчишь?» - повторил я вопрос. «Ты знаешь, сил нет, есть хочу». Отломил я ему половину куска хлеба, который принес из дома. Не берет, стесняется. «Ешь!» - говорю. Прожевал Миша этот хлеб, повеселел как – то и пошел к своему верстаку нарезать резьбу на болтах. Задание он выполнил к обеду, а по норме нужно было затратить на него полторы смены. Этот пример, а мало ли было таких, подобных, сейчас может показаться мелким. Для того, чтобы правильно оценить его, нужно хорошо понимать, какого напряжения воли, сил стоит выполнение тяжелой физической работы при пустом желудке, при систематическом недоедании. Чтобы понять – нужно пережить. Успех Миши Осколкова немедленно был отмечен «молнией». Почти одновременно были организованы две комсомольско – молодежные бригады у станочников – токарей, фрезеровщиков, строгальщиков. Одну из этих бригад возглавлял ленинградец Коля Варновский. Он не был комсомольцем, но за дело взялся охотно и энергично. Хороший токарь, скромный, отзывчивый, всеми уважаемый товарищ, он не только помогал советом, показом лучших примеров труда, он увлекал молодеешь личным примером, дисциплинированностью и исполнительностью. Сам он постоянно перевыполнял сменные задания, и «молнии» были частыми гостями у его станка» (13, С.2)
Звание «фронтовой» присваивалось и женским бригадам. В прокатном цехе этого звания были удостоены коллективы резчиц Любы Сидоровой, Фаи Коршуновой, Нины Свининой. Вероятно, было что –то необычное в отношении девушек к своему делу, то, что выделяло их на фоне всеобщей самоотверженности и самоотречения. В.Г.Лебедев, бывший комсорг ЦК ВЛКСМ на заводе, вспоминал те дни: «Мы, ребята, учились так называемому мужскому мужеству не только у старшего поколения, но и у наших девушек Любы, Фаи, Нины. Будь моя воля, на всех рабочих местах, где в войну трудились фронтовые бригады девушек, я навечно поставил бы красные вымпелы, как знак немеркнущего трудового героизма в тылу…» В начале 1944 года на заводе № 519 всеми формами соревнования были охвачены более девяносто процентов работающих. Среди них – стахановцы, ударники, «двухсотники» и трехсотники» (то есть постоянно выполнявшие норму на 200 и 300 процентов). В 1942 году за успешное освоение производства на новой площадке были награждены орденами и медалями 19 работников завода. А к концу войны к лучшим из лучших, как говорилось в документах того времени, относили уже свыше ста человек. Звания «фронтовой» к этому времени были удостоены уже 26 бригад и смен.
На заводе № 95 фронтовые бригады возникли одновременно с их появлением на заводе – соседе. Там также многие начали трудиться под боевым девизом. Это бригады прессовщиков А.И. Гайгерова, А.И. Парфенова, вальцовщиков М.Д.Григорьева, литейщиков С.Ф.Ятайкина, волочильщиков И.М.Громова, смена кузнеца Н.Г.Анисимова. В июле 1942 года, о трудовых подвигах уральцев узнала вся страна: газета «Комсомольская правда», наверно, впервые так широко раскрыла трудовой порыв заводчан, посвятив им целую серию репортажей. Героями этих публикаций стали члены комсомольско – молодежных бригад завода. Имена вальцовщиков Георгия Волкова и Алексея Незнанова, машиниста самого большого в мире молота Василия Кочеткова, знатного кузнеца Алексея Левченкова, число учеников которого уже перевалило за три сотни, получили очень большой резонанс. (15, С.145-146)
Одной из лучшей фронтовой бригады была в то время бригада кузнецов А.И. Парфенова. Вот что писала об этом коллективе заводская газета: «Трудно поверить, что этот хрупкий человек делает покорной сложную машину. Андрей Ильич Парфенов – талантливый кузнец. Он достиг в своей профессии мастерства, которая приводит в изумление всякого, кто пройдет мимо бригады в часы ее горячей работы. Все рабочие по команде своего бригадира действуют слаженно, четко. Парфенов не ставит головокружительных рекордов. Но зато каждый день – это трудовой подвиг. День за днем мерно и уверенно выполняет он и члены его бригады нормы выработки на 140 – 170 процентов. Это там, где многим трудно сделать даже одну норму». (16, С.3) Его бригада – дружный, спаянный коллектив, который действует, как хорошо сыгранный оркестр, беспрекословно повинующийся своему дирижеру».
И еще один штрих.
В одну из смен токарь Николай Смирнов установил рекорд. Но на этом он не успокоился: фронт требовал напрячь все силы. Новый рекорд. Казалось, это предел… И вот все с удивлением узнают: токарь Смирнов превысил норму почти в пять раз! -Дело простое, - объяснял потом Смирнов. – Раньше я включал станок рукой, а теперь приспособился включать ногой, вот так. Получил экономию времени».
А как гремело на заводе имя «тысячника» - фрезеровщика Александра Никифоровича Сотского! Только вдумайтесь: чтобы стать тысячником, необходимо превысить норму в десять раз! Это ему оказалось по силам.
Конечно, это выдающийся результат! Но так трудиться каждый день невозможно. А вот число «двухсотников», «трехсотников» на заводе все пребывало. Такие стахановцы, как В.Ф.Митченко, Н.В.Смирнов, В.А.Лисов, И.С.Алексеев, выполняли от пяти до семи норм в смену. Многие коллективы участвовали во Всероссийском соцсоревновании. И один из них – бригада А.А.Смирнова, занявшая второе место. А смены Кочеткова и Федина шесть месяцев подряд держали у себя переходящее Красное Знамя обкома ВЛКСМ (15, С145-146)
Есть в городском краеведческом музее фотография подростка Васи Евдокимова. В 16 лет он стал бригадиром фронтовой бригады кузнецов. Не доставал до молота, пришлось сделать специальную подставку. (16, С.3)
Прошел ли завод Испытание на прочность? Можно ли задать такой вопрос, читая историю завода, вглядываясь в лица людей, которые не жалея себя, своей жизни – отдали все, чтобы выполнить свою основную задачу – единую для всех – подавить противника? Можно. И ответ однозначный – Испытание пройдено! Неоценимый вклад для Великой Победы внесли люди, люди, овладевшие техникой, вчерашние школьники и ремесленники, наставляемые кадровыми рабочими, осваивали печи, прокатные станы, прессы, молоты, станки. Те, кто смог в сложнейших условиях не просто наладить производство ответственных изделий, но и резко увеличить их выпуск. Москвичи, ленинградцы, кольчугинцы, украинцы, белорусы, жители Вологодской, Кировской областей образовали удивительный сплав специалистов, различающихся возрастом и жизненным опытом, но сплоченных единой целью: выстоять и победить! Люди, большая часть которых составила кадровый костяк предприятия, вставшего через десятилетие на пороге практически полной перестройки и перепрофилирования производства.
1. Берстенева, Г. Та заводская проходная, тобой заложены рассветы прогресса нынешнего ВСМПО / Галина Берстенева // Новатор. – 1998. - № 26 (4 июля). – С 2 : фот.2. Биография страны – моя биография: документы и воспоминания: к 100-летию Гавриила Дмитриевича Агаркова / сост. А. О. Ежов, Е. Г. Ежова. – Верхняя Салда: б. и., 2005. – 240 с. : ил.3. Верхняя Салда / ред. М. Е. Главацкий. – Екатеринбург: СВ-96, 1998. – 430 с. : ил.4. Верхняя Салда XXI век послание столетий / сост. В. С. Солдатов, О. В. Цепелева. – Екатеринбург: Пакрус, 2008. – 296 с. : ил.5. Виктор Андреевич Цыценко // Новатор. – 1997. - № 116. Воеводин, И. Русская держава / И. Воеводин // Новатор. – 1985. – 8 мая.7. Дорога в завтра : фотоальбом к юбилеям заводов Корпорации ВСМПО-АВИСМА: 80-летию ВСМПО 70-летию АВИСМА / ред. О. Медведева. – Верхняя Салда: ИП Пиджаков А. В., Березники : ИП Пиджаков А. В, 2013. – 180 с.8. Ежов А. Энергия порыва / Аркадий Ежов // Вестник ВСМПО-АВИСМА. – № 1. – С. 8-11 : фот.9. Ежов, А. Руководил жестоко, но бумаги подписывал немедленно, прямо на спине просителя / А. Ежов // Новатор. – 1997. - № 26.10. Ежова, Е. Как это было. Хроника событий в документах / Елена Ежова // Новатор. – 2015. - № 48 (2 дек.). – С. 5 : фот.11. Золотой отблеск титана: фотоальбом / сост.: А. Ежов, Е. Ежова. – Екатеринбург: Пакрус, 2007. – 240 с. : ил.12. Металл скрепляет времена и судьбы: очерк истории Верхнесалдинского металлургического производственного объединения 1933-1998 гг. / сост. А. О. Ежов, Е. Г. Ежова. – Екатеринбург: ИПП «Уральский рабочий», 1998. – 224 с. : ил.13. Минеев, Ю. Фронтовые бригады / Ю. Минеев // Салдинский рабочий. – 1979. – 30 окт. – С. 2.14. На конкурс «Величие подвига» // Новатор. – 1985. – 8 мая. 15. Постигая суть титана: 1933-1956 / ред. В. В. Тетюхин, С. В. Леднов; сост. А. О. Ежов, Е. Г. Ежова. – Верхняя Салда: Б. и., 2005. – 215 с. : ил.16. Семёнова, Г. Молодежная, фронтовая / Г. Семёнова // Салдинский рабочий. – 1981. – 9 мая. – С. 3.
Автор: Печерский Кирилл Юрьевич, краевед, г.Верхняя Салда, Свердловская область
